ХУК! — СМИ для Нового Узбекистана https://validator.w3.org/feed/docs/rss2.html Не только роллы: короткий гид по японской кухне в Ташкенте Все статьи Основная страница История узбекского сума: от купонов до банкнот в 200 тысяч Почему летом нам становится плохо: жара, обезвоживание и другие риски Кто следит за экополицией: рейды, заводы и взятки в новой экологической системе Невидимые для системы: почему людям со слепоглухотой нужна отдельная поддержка Почему нам плохо: влияют ли на нас магнитные бури, луна и дождь? Маржан Сатрапи: женщина, которая научила мир читать комиксы о революции Налоговая снова хочет заглянуть в наши карты: что не так с проектом про банковскую тайну «Это не искусство, а безвкусица»: как художники переживают эпоху ИИ Лайки без выплат: как блогеры Центральной Азии зарабатывают в соцсетях На 50 оттенков жирнее: гид по плову в Ташкенте Пляжный сезон: остались ли ещё в Ташкенте общественные пляжи и могут ли они быть платными От рейва до рок-концертов: две жизни клуба «От заката до рассвета» Кисельные берега: что нам обещали на Чарваке и чего там так и не случилось Народная мистика: как изгнать сглаз и посмотреть будущее на камнях ЧМ-2026 ещё не начался, а скандалов уже больше, чем голов: разбор главных новостей мундиаля Конец золотой эпохи IT: как ИИ меняет рынок и что будет с Центральной Азией Оброк на квартирник: как и зачем вводится новая налоговая система для музыкантов Duolingo не поможет: где и как учить языки Центральной Азии У самурая нет цели, только реформы: Минэнерго о новых тарифах Дефицит воды в Узбекистане и Кыргызстане: и что будет дальше Найти бриллиант среди авторов: как работает независимое книжное издательство в Ташкенте Жемчужина Ташкента: какие истории хранит одноимённый дом в центре города Болеем за наших: что нужно знать о чемпионате и соперниках сборной? Скандалы, бойкоты и разговоры о войне: чем запомнится Венецианская биеннале Почему многожёнство в Центральной Азии запрещено и всё равно существует Твоё собачье дело: с какими проблемами сталкиваются собачники в Узбекистане Как страны Центральной Азии покоряют космос и когда нам ждать узбекистанского космонавта Тег, мурал или произведение искусства — кто рисует граффити в Ташкенте Электросамокаты в Центральной Азии: спасение от пробок или новая проблема городов? Наркотики — абсолютное зло? Как психоактивные вещества могут лечить депрессию или аутизм Бьюти-фильтры реальной жизни: что такое биохакинг и насколько это (бес)полезно Санатории — новый тренд на отдых: зачем ехать и чего ожидать? Ваш первый цветок: гид для тех, кто устал извиняться перед кактусом От кустарных гитар до Линдеманна и 30StM: как развивается рок-сцена Ташкента В Узбекистане заканчивается вода — и это не теория заговора Книги про Узбекистан и Ташкент, с которыми вы, возможно, незнакомы Как объединить молодёжь Центральной Азии и как может помочь нетворкинг Venice Biennale: почему Венеция на несколько месяцев становится центром мирового искусства Городская цифровизация: как технологии меняют столицы Центральной Азии Пакет нужен? Почему мы всё ещё не отказались от пластиковой упаковки От рукопожатия до прибыли: зачем развивать комьюнити в Центральной Азии? ГОРОД ИНСТРУКЦИИ ЛЮДИ Микробренды и ориентир на work-life balance: как зумеры строят бизнес В РУВД или на Comic con: что такое аниме и как живут анимешники Ташкента? Разбитые велодорожки, нулевая инфраструктура и пешеходы: как кататься на электровелосипедах в Ташкенте