![](https://hook.report/wp-content/uploads/2022/01/мин.jpg)
Как Мусабек Шухратов справку получал
Все персонажи вымышленные, любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.
Мусабек Шухратов очень не любил стоять в очередях. Никто не любит стоять в очередях, но Мусабек не любил это дело в разы больше, чем другие люди. Бывало, проснется иногда посреди ночи и аж зубами скрипит от ненависти к очередям. А эту конкретную очередь он и вовсе сжечь был готов, так сильно она ему не нравилась.
Мусабек приходил в эту очередь уже четвертые сутки. Источая ненависть, он честно стоял в ней по несколько часов, заходил к клерку, получал безразличный, вежливый, но твердый отказ и уходил, чтобы вернуться на следующий день. Мусабеку была очень нужна справка. Справка о том, что его жена ему не изменяет.
Ради этой справки наш герой обошел уже несколько инстанций, начиная с махаллинского комитета и участкового и заканчивая Республиканской комиссией по вопросам женщин и семьи. Он заполнял опросники, беседовал с чиновниками, один раз ему даже пришлось пройти унизительную процедуру, когда его раздели донага и измеряли разные части тела. Проводившие измерение девушки-лаборантки отпускали скабрезные комментарии насчет зрелища, которое представлял из себя Мусабек. Он злился, но терпел. Справка нужна. Очень нужна справка.
– Шухратов, заходите, – миловидная секретарша махнула ему рукой. – Ваша очередь.
Мусабек важно протопал в кабинет и уселся на стул напротив его хозяина – серьезного вида мужчины с «сушеным» лицом, в деловом костюме и узких очках.
– Снова вы, – сказал тот, – у вас что-то поменялось?
– Ничего.
– Ну тогда зачем вы пришли? Справку я вам, простите, не дам.
– Может, все-таки выпишете? – взгляд Мусабека из важного стал заискивающим. – Я же уже четвертый раз у вас. Я не плохой человек, честно тружусь, благодарю бога и правительство, никогда не делал ничего бездуховного. Дайте, пожалуйста, справку…
Чиновник тяжело вздохнул и потянулся за папкой, лежавшей у края стола.
– Смотрите, Шухратов. Вот тут у меня копии взглядов соседок, снятые неделю назад. 27 раз в течение последних двух месяцев они видели, как вашу супругу увозила одна и та же машина. Ярко накрашенную, в соблазнительных платьях. 23 раза та же машина привозила ее обратно очень довольную и уставшую, еще четыре раза она возвращалась на такси в таком же состоянии.
– Это ни о чем не говорит! Она ездила в гости к подруге, а иногда на экстренное совещание в школу, где работает!
– Да? Вот тут протокол допроса подруги. Читаю: «Да не было ее здесь, это же ежу понятно! Ей уже смотреть не хочется на своего борова, он только и делает, что пердит и материт телевизор. А Р*** у нее обходительный, интересный и классно т…», кхм, ну вы поняли.
– Это все ложь! Она завидует, что у моей жены такой хороший муж и отличная работа, и наговаривает!
– Хорошо. Заключение эксперта: «Образец МШ342/1, муж. Скучен, мелочен, некрасив. Параметры первичных половых признаков неудовлетворительные, пальцы неуклюжие», – чиновник стал перелистывать отчет: – ага, вот расчеты: ни одна женщина не останется вам верной больше шести суток и пятнадцати часов. С наукой вы тоже будете спорить?
Мусабек внезапно поник. Выражение лица у него стало как у побитого щенка.
– Начальник, ну поймите вы меня, ну очень нужна эта справка. Очень нужна! Ну чего вам стоит, ну дайте. Все, что хотите, сделаю!
Чиновник поднял взгляд от папки и пронзил им лицо Мусабека.
– А за такое, Шухратов, можно и в суд попасть. Взятку предлагаете?! – с минуту он смотрел на осунувшегося от страха Мусабека, а после вздохнул. – Смотрите, я сегодня добрый, и мне искренне вас жалко. Хотите, я вам дам справку о том, что вы не террорист? Или о том, что вы не работаете со спецслужбами, хотите?
– Начальник, мне не они нужны, мне нужна справка про жену…
– Ее я вам выдать не смогу, отвечать потом мне. Берите, что даю, Шухратов, авось понадобится. За них мне ничего не будет, дураку же понятно, что террорист из вас никакой, а спецслужбы с вами даже связываться не захотят. Берите-берите, мне не жалко.
***
Дверь кабинета закрылась за Мусабеком. Чиновник задумчиво смотрел ему вслед и думал о том, как ему надоела эта работа.