Ташкент vs Бишкек: Чем отличаются две столицы?
Сравниваем главные города Узбекистана и Кыргызстана.
Минюст Узбекистана: Хоким может быть учредителем ООО
Министерство юстиции высказало свою позицию о том, насколько законно хокимы могут владеть бизнесом.
Я протестую: можно ли в Узбекистане провести мирную демонстрацию и остаться на свободе?
Рассказываем, как регулируются митинги и почему они все еще «серое пятно» в законодательстве.
«Чем дальше ребенок от Ташкента, тем труднее ему пробиться»: Ботир Арифджанов о том, зачем переводить Khan Academy на узбекский
Основатель проекта локализации рассказывает, зачем это нужно Узбекистану и как можно помочь переводчикам.
«Я не бенефициар»: Почему к интервью Джахонгира Артыкходжаева нужно относиться критически
Анализируем, что сказал градоначальник Ташкента и почему его ответы вызывают еще больше вопросов.
Альтернативная Украина: Как президент Зеленский может повлиять на жизнь стран СНГ?
Политолог Рафаэль Сатторов рассуждает, какую роль Украина может сыграть в жизни всего СНГ и Центральной Азии в частности.
14 лет «неполадок». Как блокировки СМИ сказались на жизни Узбекистана и что будет дальше
Люди из ранее заблокированных СМИ рассказывают о причинах "проблем с доступом" и работе в ограниченных условиях, а редакция анализирует, как блокировки повлияли на жизнь страны.
«Война памяти»: Как Узбекистан повлиял на Вторую мировую, а затем менял отношение к 9 мая
История про память о самой масштабной войне, которую разные поколения власти сохраняют по-своему.
«Это наша земля»: Что ждать от закона о приватизации?
Рассматриваем грядущий закон и пытаемся понять, стоит ли радоваться его первой редакции.
От газа к Aliexpress — как развивались отношения Узбекистана и Китая
Китаист, эксперт Московского центра Карнеги Темур Умаров рассматривает всю историю отношений и пытается предугадать, что будет дальше.