Автобиографии хороши тем, что в них обычно уже есть всё, ради чего мы открываем художественную литературу: странные сюжетные повороты, катастрофические решения, любовь, зависимости, политика, революции и персонажи, которых автор при всём желании не мог бы придумать. Потому что они существовали на самом деле.
Собрали пять очень разных книг, в которых люди рассказывают о собственной жизни и времени, в котором им пришлось жить.
«Из третьего мира в первый. История Сингапура»
Ли Куан Ю
В 1965 году Сингапур получил независимость, и перспективы у крошечного государства были, мягко говоря, так себе. Маленькая территория, почти никаких природных ресурсов, безработица, бедность, коррупция и крайне нервные отношения с соседями.
Спустя несколько десятилетий Сингапур стал одним из самых богатых и развитых государств мира.
Ли Куан Ю рассказывает эту историю с довольно редкой позиции: он не исследователь, который спустя годы разбирал документы и объяснял, как всё получилось. Он человек, который принимал решения.
Поэтому книга одновременно читается как автобиография, политическая история и огромный разбор того, как строить государство, когда стартовые условия почти кричат: «Ничего у вас не выйдет».
«Алламжонов виноват»
Комил Алламжонов
Если вам когда-нибудь казалось, что ваша карьерная лестница движется недостаточно быстро, возможно, эту книгу лучше открывать с осторожностью.
Комил Алламжонов успел поработать журналистом, создать несколько медиапроектов, возглавить Национальное информационное агентство Узбекистана, стать пресс-секретарём президента, руководителем Агентства информации и массовых коммуникаций, а затем занять руководящие должности в Администрации президента. В общем, пока кто-то пять лет собирается обновить резюме на HeadHunter, у Алламжонова начинается очередная глава биографии.
В книге он рассказывает о своём пути от журналистики и бизнеса до большой государственной политики, работе внутри системы и событиях, которые происходили в узбекских медиа и политике в последние годы.
Но особенно интересно читать её именно как свидетельство человека, который находился внутри многих процессов, за которыми остальные наблюдали через новости и соцсети. Поэтому «Алламжонов виноват» — это не только история одного очень стремительного карьерного роста, но и возможность посмотреть на недавнюю историю Узбекистана глазами одного из её непосредственных участников.
«Нация прозака»
Элизабет Вуртцель
Элизабет Вуртцель стала одним из голосов поколения X после выхода предельно откровенных мемуаров о собственной депрессии. Но «Нация прозака» гораздо шире истории одного человека.
Это Америка 1980-х и начала 1990-х: антидепрессанты, алкоголь, наркотики, секс, ВИЧ, нервные срывы и молодые люди, которые вроде бы получили больше свободы, чем предыдущие поколения, но совершенно не понимают, что с ней делать.
Вуртцель пишет без попытки выглядеть приятным человеком. Иногда её хочется пожалеть, иногда встряхнуть, иногда закрыть книгу и немного посидеть в тишине. Возможно, именно поэтому спустя десятилетия её мемуары всё ещё работают.
«Мы справились, парень. Мемуары»
Энтони Хопкинс
Тот случай, когда за образом сэра Энтони Хопкинса, двух «Оскаров» и десятков великих ролей обнаруживается довольно тяжёлая биография.
Он пишет о детстве в Уэльсе, проблемах с учёбой, начале актёрской карьеры, Голливуде, отношениях с близкими и работе над ролями, которые сделали его одним из самых узнаваемых актёров мира.
Но одна из самых сильных частей книги посвящена алкоголизму. Хопкинс не романтизирует зависимость и довольно подробно рассказывает, насколько разрушительной она была и как решение перестать пить в итоге изменило его жизнь.
А между тяжёлыми воспоминаниями появляются истории о Голливуде, знаменитых коллегах, актёрском ремесле и очень простая мысль человека, прожившего большую жизнь: иногда само по себе то, что ты всё ещё здесь и можешь всему этому радоваться, уже неплохой финал главы.
«Читая „Лолиту“ в Тегеране»
Азар Нафиси
Азар Нафиси получила образование в США, вернулась в Иран и преподавала западную литературу в университете. Потом произошла Исламская революция, и книги внезапно перестали быть просто книгами.
В стране вводят всё новые ограничения, университеты оказываются под контролем фундаменталистов, искусство проходит через цензуру. Нафиси в итоге собирает у себя дома небольшую группу студенток.
Раз в неделю девушки приходят к ней, снимают обязательные хиджабы и читают Набокова, Фицджеральда, Генри Джеймса и Джейн Остин.
И обсуждение литературы постепенно превращается в разговор о свободе, выборе и собственной жизни. Особенно интересно наблюдать, как произведения, которые мы привыкли считать классикой из школьных списков, совершенно иначе звучат для людей, живущих в мире, где сама возможность читать некоторые книги становится формой сопротивления.
«Я, Азимов. Мемуары»
Айзек Азимов
Если вы представляете автора «Основания» исключительно серьёзным человеком, который сидит среди энциклопедий и размышляет о судьбе человечества, приготовьтесь немного изменить мнение.
Азимов рассказывает о себе с юмором, тщеславием, самоиронией и удивительной откровенностью. Здесь есть писательская кухня, работа над «Основанием», отношения с семьёй и коллегами, встречи с другими фантастами и знаменитое дружеское соперничество с Артуром Кларком.
При этом книга вышла уже после смерти Азимова и воспринимается ещё и как его последнее большое обращение к читателю.
Получился не памятник великому фантасту, а портрет живого человека, который прекрасно понимал масштаб собственной фигуры и вполне мог над этим посмеяться.
Все шесть книг совершенно разные, но именно поэтому их интересно читать подряд. Здесь один человек меняет государство, другой пытается пережить собственную депрессию, третий защищает право читать книги, четвёртый придумывает будущее человечества, пятый разбирается с собственным прошлым, а шестой строит карьеру с такой скоростью, что за ней иногда сложно уследить даже по новостям.
И, пожалуй, это главный аргумент в пользу хороших мемуаров: чужая жизнь иногда оказывается куда невероятнее того, что писатель мог бы придумать.
Влада Ким 
Яна Моделова 
Сторонний Автор