Пожизненный председатель

Национальный совет по управлению и координации (NCAG) будет координироваться новой политической структурой — Советом мира под председательством Дональда Трампа, у которого есть право вето на принимаемые решения. В состав Исполнительного совета вошли: госсекретарь США Марко Рубио, спецпредставитель Стив Виткофф, экс-премьер Великобритании Тони Блэр и зять президента США Джаред Кушнер.

22 января на Всемирном экономическом форуме в Давосе состоялась церемония подписания устава Совета мира. Документ подписали главы 19 стран, в том числе президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев.

«Изначально Трамп говорил, что совет будет заниматься исключительно вопросами Газы. Но теперь он расширил повестку и объявил о платном членстве в Совете мира. Насколько известно, некоторые страны уже согласились платить членский взнос. Однако президент Беларуси Александр Лукашенко, которого тоже пригласили в совет, заявил, что ни о каких взносах речи не шло.

Сейчас мы видим, что европейские государства относятся к этой идее настороженно. Например, Франция и ряд других стран не собираются туда вступать (источник, близкий к президенту Франции, заявил, что Макрон намерен отказаться вступать в Совет мира — прим. Хук!). Главная претензия — чем будет этот Совет мира? Некоторой альтернативой ООН? Несмотря на всю критику организации, она сформировалась по итогам Второй мировой войны и стоит у решения многих вопросов и конфликтов. Когда в мире что-то происходит, собирается Совет безопасности ООН, у них много миротворческих миссий, поэтому говорить о том, что они ничего не решают, было бы преждевременно. Да и международное право основано на ООН, поэтому все эти заявления выглядят довольно популистскими. 

Пока мы не знаем, что это за Совет мира. Непонятно, как долго он может просуществовать. Мы не знаем, что будет с США после 2028 года (после президентских выборов — прим. Хук!). И главные вопросы: как расхлёбывать всё то, что сейчас сделает Трамп, и насколько это всё будет иметь преемственность? Продолжит ли, допустим, демократически избранный президент экстравагантные действия Трампа в дальнейшем? Мне кажется, сейчас все рассуждения о Совете мира строятся на уровне голословной риторики Дональда Трампа», — Галия Ибрагимова, журналист-политолог, автор Carnegie Politika.

Устав Совета мира

Целью новой международной организации станет восстановление управления и обеспечение устойчивого мира в зонах конфликтов, действуя в рамках международного права и распространяя практики миростроительства. 

Стать членом Совета мира можно только по приглашению Дональда Трампа сроком на три года. При этом те государства, которые пожертвуют в организацию $1 млрд в первый год членства, станут бессрочными участниками совета. Членство в Совете мира прекращается по истечении срока без продления, при добровольном выходе, исключении по решению председателя (если его не заблокируют две трети членов) либо при роспуске совета. После этого государство утрачивает статус стороны устава, но может быть вновь приглашено к членству в будущем. Также можно покинуть совет, если заранее уведомить его председателя.

Совет мира принимает решения с помощью голосования по ключевым запросам — от бюджета и назначения до создания новых политических органов и миростроительных инициатив. 

Дональд Трамп, первый председатель Совета мира, обладает полномочиями назначить нового преемника на эту должность. При этом передача полномочий возможна только при добровольной отставке либо признании недееспособности председателя по единогласному решению Исполнительного совета. В этом случае назначенный преемник немедленно вступает в должность и получает все полномочия председателя. Кроме того, у Трампа есть полномочия самостоятельно утверждать новые подкомитеты и назначать ответственных лиц, разрешать споры между участниками, принимать резолюции и иные распоряжения, а также распускать Совет мира.

Исполнительный совет формируется председателем и состоит из лидеров международного уровня. Его члены назначаются на два года, могут быть переутверждены или отстранены председателем в любое время. Руководит советом главный исполнительный директор, которого выдвигает председатель и утверждает большинство членов совета.

Исполнительный совет собирается регулярно: каждые две недели в первые три месяца работы, затем — не реже одного раза в месяц. Решения принимаются большинством голосов и вступают в силу немедленно, но могут быть в любой момент заблокированы Трампом. Совет самостоятельно устанавливает регламент своей работы и обладает всеми полномочиями, необходимыми для реализации миссии Совета мира, регулярно отчитываясь о своей деятельности перед Советом мира.

Финансирование совета ведётся за счёт добровольных взносов государств-членов либо других источников. Бюджет организации утверждается Исполнительным советом и может распределяться на миссии исходя из необходимости и целесообразности. Также в уставе написано, что международная правосубъектность позволяет Совету мира открывать международные банковские счета, владеть имуществом и заключать финансовые договоры. 

Для эффективной работы Совету мира, его органам и сотрудникам предоставляются привилегии и иммунитет. Они закрепляются в соглашениях с государствами, на территории которых действует совет, либо в иных формах, предусмотренных национальным законодательством. Переговоры и заключение таких соглашений могут вестись уполномоченными представителями Совета мира.

План восстановления Газы

Согласно заявлению Белого дома, каждый член Исполнительного совета будет курировать определённый портфель задач, имеющих решающее значение для стабилизации ситуации в Газе и её долгосрочного успеха, включая наращивание потенциала управления, региональные отношения, реконструкцию, привлечение инвестиций, крупномасштабное финансирование и мобилизацию капитала.

Ответственным за улучшение Газы от Совета мира стал болгарский депутат Николай Младенов. До этого Младенов возглавлял министерство обороны и министерство иностранных дел Болгарии, работал посланником ООН в Ираке и посланником ООН по вопросам мира на Ближнем Востоке. В Газе Совет мира займётся разоружением группировки ХАМАС, восстановлением территорий и созданием нового правительства. О начале работы уже заявил Дональд Трамп — 26 января ХАМАС передали тело последнего заложника, а в обмен Израиль должен открыть КПП Рафах на границе с Египтом. 

Обеспечивать безопасность на территории Газы назначили командующего силами специальных операций Центрального командования США генерал-майора Джаспера Джефферса. Он будет руководить операциями по гарантированию безопасности, поддерживать всестороннюю демилитаризацию и обеспечивать безопасную доставку гуманитарной помощи и материалов для восстановления.

Совет мира также будет следить за эффективным управлением и предоставлением высококачественных услуг, способствующих миру, стабильности и процветанию народа Газы. Трамп призвал все государства быть в тесном сотрудничестве с Национальным советом по управлению и координации, Советом мира и другими международными силами ради осуществления планов восстановления.

«Я думаю, что Совет мира — это нечто схожее с тем, что создаёт Россия в рамках ОДКБ или других пророссийских организаций, в которых мало смысла и только показуха в плане лояльности конкретному человеку и стране, что стоит у руля. 

Пока шла война в Газе, Узбекистан придерживался принципа «два государства для двух народов». И это, как мне кажется, очень важно. Поэтому, сколько бы там Израиль ни пытался обласкать страны Центральной Азии, здесь они будут ориентироваться на настроение внутри своих стран, а не на то, что скажет Трамп», — Галия Ибрагимова, журналист-политолог, автор Carnegie Politika.

Зачем Узбекистану Совет мира?

«Прежде всего у нас нет понимания, по какому принципу Трамп приглашал государства в свой так называемый Совет мира. Он пригласил и авторитарные режимы, и Путина, и Лукашенко. Единственными, кто поддержал эту инициативу, стали арабские монархи. Представители арабских стран упомянули, что благодаря Трампу удалось подписать Авраамские соглашения (договоры о нормализации отношений между Израилем и рядом арабских стран — прим. Хук!). 

Приглашение Узбекистана и других стран Центральной Азии стоит связывать с тем, что Трамп узнал об их существовании и что это страны на саммите «C5+США» пообещали огромные инвестиции, которые могут даже превосходить бюджеты этих стран. Есть вероятность, что Трамп не до конца понимает, что это за регион, но считает, что раз это где-то рядом с арабскими странами, то у них есть деньги. Не зря все эти контракты о поставке Boing или поездов в страны Центральной Азии.

Можно говорить об эффективности Авраамских соглашений, но пока что власть в Газе сосредоточена в руках ХАМАС, и до окончательного урегулирования далеко. Ещё не все арабские страны приняли окончательное решение присоединиться к данным соглашениям, что тоже вызывает много вопросов. Насколько Узбекистан может быть влиятельным в контексте этих соглашений? Узбекистану становится всё сложнее находиться на дистанции от израильско-палестинского кризиса. Если, например, при власти Каримова происходили вспышки арабо-израильского конфликта, то представители власти всегда говорили, что это не про нас, это далеко и, вообще, пусть сами разбираются. Мы устанавливали хорошие отношения с Израилем, но эти времена прошли. Во времена Каримова не было соцсетей, TikTok. Сейчас же ясно, что молодёжь Узбекистана двигается в сторону ислама — это видно даже по количеству магазинов с мусульманской одеждой. И всё то, что совершил Израиль на территории Газы за эти два года войны, невозможно отмыть Авраамскими соглашениями. Если сейчас Узбекистан подпишет их, а затем там произойдёт очередная вспышка насилия, то это может иметь достаточно болезненный эффект для Мирзиёева внутри Узбекистана. А его легитимность держится за счёт поддержки народа. И если Узбекистан будет укреплять отношения с США, Израилем и Советом мира, то непонятно, как это проявится в будущем. Откуда мы возьмём средства, которые Узбекистан пообещал вложить в экономику Америки? 

Поэтому я вижу, что, если Узбекистан и будет участником Совета мира, то говорить о его важной роли в урегулировании конфликта в Газе не приходится. Думаю, Узбекистан не подпишет Авраамские соглашения, которые Трамп, несомненно, будет лоббировать в рамках Совета мира. Но узбекское общество будет следить за тем, как власти будут реагировать на действия Израиля в Газе. И исходя из этого Мирзиёев всегда будет думать о том, что происходит внутри общества. 

И все страны Центральной Азии будут следить за реакцией России и Китая. Узбекистан точно посмотрит на то, что скажут Путин и Си по поводу этой структуры. Многовекторность Узбекистана, а особенно наметившийся тренд в сторону США, разговоры про безвиз и развитие американского бизнеса в стране — это важный элемент популизма и пиара, ориентированного на соседние страны и внутреннюю аудиторию. Чтобы показать президента-реформатора, который умеет со всеми договариваться. Да, Узбекистан может закупить Boeing, влить деньги в экономику США. Но говорить о том, что американский бизнес рекой потечёт в Узбекистан от всех этих договорённостей, я бы не стала. Западные компании уже научены горьким опытом Гульнары Каримовой, когда кто-то может легко отжать твой бизнес. Все страны Центральной Азии не демонстрируют сильного законодательства и судебной системы. Соответственно, пока этого всего не будет, пока не будет частного рынка и пока в стране сохраняется кумовство и узбекчилик, мы не почувствуем, как американский бизнес направит свои деньги в регион», — Галия Ибрагимова, журналист-политолог, автор Carnegie Politika.

«Узбекистану мало чего можно ожидать от Совета мира. Страна вступила туда не для того, чтобы оправдать какие-то свои ожидания, а потому что иначе поступить было невозможно. Учитывая, что Дональд Трамп — это главное лицо в мировой политике, получив от него приглашение, отказаться нельзя. Точно также Узбекистан не может отказаться от приглашения Путина посетить Москву на 9 Мая.

Понятно, что авторитарная личность пытается потешить своё эго созданием такого Совета мира, просто чтобы показаться всем важным человеком. Чтобы эту важность легитимизировать, нужно присутствие какого-то числа других важных идей. Честь, что Узбекистан признали одной из важных стран, но в то же время это ответственность, от которой нельзя отказаться. Поэтому Узбекистан вступил в Совет мира и будет там максимально демонстрировать важность президента Трампа, потому что от этой персоны зависит инвестиционная привлекательность страны в рамках американского политического курса.

При этом Узбекистан надеется, что сыграет в длинную. Мне кажется, в Ташкенте есть предположение, что Трамп — это не на время, что он не исчезнет, а олицетворение новой MAGA-Америки продолжится и после того, как Трамп перестанет быть президентом. Я не говорю о том, что он попытается изменить конституцию и остаться у власти дольше, чем положено. Это про его политическое наследие, которое, скорее всего, изменит функционирование политической системы США. И Узбекистан сейчас встраивается в новую систему международных отношений, в которых США, даже при уходе Трампа, останутся под влиянием трампистских идей. 

Что даёт Совет мира Узбекистану? Дополнительную легитимизацию и представительность. Две страны Центральной Азии сейчас представлены в Совете мира, а значит, есть разнообразие. И Совет мира — Совет всего мира, а не какого-то определённого его участка», — Темур Умаров, регионовед, эксперт Carnegie Russia Eurasia Center.