Абдулла Каххар мог переписывать одну страницу 10 или 20 раз, во время работы отключал городской телефон и считал три написанные за день страницы подозрительно большим результатом. А однажды даже прочитал 22 тома Чехова, чтобы разобраться в собственных детских воспоминаниях.
Каххар был сатириком, писателем, переводчиком и председателем Союза писателей. При этом его собственная биография не такая, какой кажется на первый взгляд.
Ко дню рождения писателя рассказываем о том, как он работал, где искал истории, почему возвращался в места своего детства и чему советовал учиться молодым авторам.
Чехов в двадцати двух томах
Вспоминая детство, Абдулла Каххар писал, что эти годы казались ему странным, беспорядочным сном. Одни картины, имена и события всплывали в памяти кусками, а другие так и оставались где-то в глубине сознания, словно затонувшие камни.
Оживить воспоминания Каххару помог Чехов. В 1936 году он привёз из Москвы 22-томное собрание русского автора, которое, по воспоминаниям, прочёл за несколько дней.
⠀
«Он словно протянул мне своё пенсне со словами: «Надень и сквозь него взгляни на прошлое своего народа» — написано в предисловии к повести «Сказки о былом».
Что было вспоминать Каххару? Он родился в Коканде 17 сентября 1907 года. Его отец был кузнецом — из-за этого семья часто перемещалась по Ферганской долине в поисках временной работы. Так, детство будущего писателя прошло среди постоянно сменяющихся мест, людей и историй, которые спустя много лет описываются в его произведениях.
Вернуться в детство
В частности, на детских воспоминаниях Каххара основана повесть «Сказки о былом», которую он написал уже будучи зрелым писателем. До этого Каххар публиковал сатирические стихотворения, короткие рассказы и фельетоны под разными псевдонимами. Под именами Norin Shilpiq, Mavlon Kufur, Gulyor, Nish, Erkaboy или E-voy просматривался талант одного человека — способность рисовать узбекский быт, высмеивать абсурдность повседневности и ставить под вопрос культурные реалии.
Перед началом работы над «Сказками о былом» он совершил поездку по ключевым местам из детства: посетил Яйпан, Бувайду, Аккурган и кишлак Ашт. И читатели вскоре знакомятся с кишлаками, домом кузнеца, соседями, случайными знакомыми, детьми и взрослыми, которых Каххар когда-то знал сам.
Повесть рассказывает о быте простого народа, жестокости богачей, бедности и человеческих предрассудках. Прошлое здесь показано глазами ребёнка, который хоть и замечает происходящее вокруг, не способен его объяснить. Каххар сознательно выбрал название «Сказки о былом» — почти в насмешку над недоверием следующего поколения. При этом Каххар утверждал, что писал о том, чему сам был свидетелем:
⠀
«Я нарисовал то, очевидцем чего был сам в детстве. Написал правду, одну только правду. И если эта правда кажется вам, современной молодёжи, чудовищно невероятной, тогда, что ж, я назову свой горький, но до конца правдивый рассказ сказкой!»
Четверть века с Каххаром
О том, каким Каххар был вне опубликованных произведений, известно во многом благодаря его жене Кибрие Каххаровой. Переводчица и литератор, она прожила с писателем больше 20 лет, а после его смерти собрала свои воспоминания в книге «Chorak asr hamnafas» — «Четверть века рядом».
Она описывала его как человека добродушного, любящего пошутить и побеседовать с коллегами по профессии. Совместную жизнь с писателем Кибрия Каххарова вспоминала с теплотой: рассказывала, как они с мужем играли в мушоиру — импровизированный поэтический поединок, где она дополняла рифму на таджикском, а он — на узбекском.
А так она описывала обычный день писателя:
⠀
«Рабочий день Абдуллы Каххара начинался в восемь утра. После завтрака он садился за стол и не вставал до двенадцати. В это время никто не должен был его беспокоить. Звонок на установленном в кабинете телефоне был отключен. Если кто-то звонил, я снимала трубку параллельного аппарата и, когда это было крайне необходимо, нажимала на кнопку сигнального устройства, и Абдулла Каххар брал трубку. Какие бы срочные дела меня ни ждали, с восьми до двенадцати я никуда не уходила из дома».
Каххар работал только дома, никогда по ночам, писал полторы-две рукописные страницы в день. Когда получалось три, говорил: «Три страницы настрочил. Завтра половина в брак уйдёт». Каххар мог переписывать одну страницу по 10–20 раз. Потому что придумывал новые обороты и не любил помарки и исправления.
Ни одного лишнего слова
Абдулла Каххар требовательно относился ко всему, что касалось слова. Хоть он сам начинал с сатирических стихов и фельетонов, но успел поработать в нескольких газетах и издательствах как редактор и переводчик.
Именно Каххар перевёл на узбекский язык такие произведения русской классики, как «Война и мир» Толстого, «Капитанская дочка» Пушкина, «Ревизор» Гоголя, произведения Чехова, и многие другие.
В то же время рассказы Каххара, как отмечают исследователи, довольно сложно перевести на другие языки, сохранив их краткость, юмор и остроумие. Бытовые проблемы в рассказах Каххара переплетены с формулой «политическое в малом». Государственное устройство, общественное мнение показаны у него через призму одной конкретной семьи.
Так, в рассказе «Вор» бедный крестьянин теряет вола — имущество, которое в те годы кормило всю семью. Крестьянин обращается за помощью к чиновникам и постепенно начинает тратить последние накопления на тех, кто должен был ему помочь.
⠀
«Этому человеку — помоги ему аллах! — ведь надо что-нибудь дать за такие труды. Даром ведь и кошка на солнце не выходит. А разве мало денег потратил он на то, чтобы стать элликбаши?»
Абдулла Каххар всерьёз ценил сатиру. В разгромной статье о журнале Mustum Каххар утверждал, что хорошая сатира может воздействовать на публику сильнее, чем публичные суды.
⠀
«Сатирическое слово, достигшее своей цели и попавшее в цель, может сыграть большую роль и оказать более глубокое воздействие в борьбе с этим пороком, чем одно или несколько открытых испытаний. С этой точки зрения, чем смешнее «Муштум», тем серьёзнее он должен быть, и чем серьёзнее он, тем смешнее он должен быть».
Жить внутри системы
При своём сатирическом взгляде Каххар всё ещё жил внутри системы. Он занимал официальные должности, состоял в партии и даже руководил Союзом писателей Узбекистана. Ещё в молодости Каххар был причастен к делу другого писателя — Абдуллы Кадыри: в архивных материалах следственного дела Кадыри, приведённых в книге «Қатлнома», рецензенты обвиняли Кадыри в том, что его рассказы идеализируют феодальное прошлое и «уводят советского читателя от задач классовой борьбы». Среди подписавшихся был и молодой Абдулла Каххар.
Всё изменилось после смерти Сталина. Каххар начал активнее критиковать культ личности, приспособленчество к системе и репрессии. В 1964 году Каххар написал большой текст о Кадыри, в котором назвал его одним из лучших узбекских писателей. Каххар требовал вернуть в литературную историю Кадыри, Фитрата, Чулпана и других репрессированных авторов.
Каххар также не терпел, когда литература приукрашивала действительность. Так, в статье «Прыщ» 1961 года Абдулла Каххар возмущался текстами, в которых описывалось, как сборщицы хлопка поют песни и улыбаются во время тяжёлого труда. Писатель буквально подсчитывал, сколько миллионов коробочек хлопка приходится собирать женщине за сезон, и предлагал авторам хотя бы на один день попробовать поработать так самостоятельно.
⠀
«Сколько сотен тысяч раз сборщик хлопка садится, сколько сотен километров он проходит пешком, неся на шее 20-тонный груз, чтобы собрать 6–7 миллионов тюков хлопка? В некоторых наших произведениях этот же рабочий изображён поющим, «наслаждающимся радостью труда», всегда работающим с улыбкой, работающим до рассвета, вечером идущим в клуб послушать лекции и возвращающимся домой почитать книгу. Если бы это было так, идея о том, что автомобили не понадобятся, никогда бы даже не пришла в голову таким писателям».
Как написать хорошую книгу?
Кибрия назвала Каххара «бескорыстным другом узбекской советской литературы» за то, как тот «по-отечески бережно относился к молодым дарованиям и непримиримо к бездарям».
Например, читал всё, что появлялось в печати от молодых писателей, и рассказывал авторам о своих впечатлениях, а ещё делился с ними размышлениями о писательском мастерстве в статьях и сборнике «Yoshlar bilan suhbat» («Беседы с молодёжью»).
Там, важной частью книги он считает интерес: читатель должен открывать книгу не потому, что это полезно для его «культурного развития», а потому, что не хочет лишить себя удовольствия от чтения.
Помимо этого, в «Беседах с молодёжью» Каххар пишет, что источник вдохновения — жизнь народа. Писатель должен искать его в человеческих чувствах: радости, боли, любви, гневе, событиях, которые вызывают сильную реакцию. Его формулировка: писатель, ищущий вдохновения, должен «протянуть руку к сердцу народа».
Что осталось
Последние одиннадцать лет жизни Каххар провёл в доме в Ташкенте. Сегодня здесь создан его музей. В кабинете осталась обстановка, которая окружала писателя при жизни.
⠀
«Тогда я была уверена, что ненамного переживу Абдуллу Каххара, не представляла себе, как буду жить без него. Но прав Лев Николаевич Толстой: любое горе, как рана, постепенно затягивается, покрываясь тоненькой кожицей. И остаётся лишь шрам. Так и горе — постепенно проходит. (…) Единственная мысль утешает меня сегодня: да, Абдуллы Каххара нет среди нас, но жива память людей о нём. И память будет жить вечно», — Кибрия Каххарова в заключение к «Четверть века рядом».
⠀⠀⠀⠀⠀
Яна Моделова 
Алина Вознюк